Нечто вроде знамени части. Именно поэтому излюбленным методом «воспитания» молодых было у сержантов воровство будильника. Тем более, сделать это не очень сложно – дежурный не стоит как приклеенный, ему и в туалет надо, и полы вымыть. Конечно, это считалось у сержантов не очень этичным, хоть и проделывалось время от времени. Не очень этичным, это я имею в виду воровство будильника во время отлучки солдата с тумбочки для мытья полов. По уставу, конечно, нужно звать подмену, а потом уже идти мыть полы, но в ночное время далеко не всегда этому следовали. А этичным, и я считаю правильным, было воровство будильника в тот момент, когда солдат заснул, стоя у тумбочки. А попробуй прокричать подъем, если не знаешь когда нужно будить казарму. Кстати, это серьезное нарушение – поднять казарму не вовремя.
   Итак, я «на тумбочке». Ночь, все спят, иду драить полы в коридоре казармы. Будильник на виду. Но воду-то менять нужно, а вода в умывальной комнате. В общем, ближе к рассвету, когда все блестело, возвращаюсь «на тумбочку» и вижу, что будильника нет. Точнее не вижу (кто обращает внимание на привычные предметы?), а слышу. Еще точнее, не слышу привычного громкого тиканья (это очень важно). Начинаю соображать – неужели деревенский парень, выбившийся в сержанты и всеми силами старающийся доказать, что он не только трактор видел, переиграет меня, такого умного, начитанного и сообразительного? Ирония, конечно, ну, а если серьезно, то у меня была задача – найти будильник и тем самым избежать положенных в этом случае двух нарядов на кухню. Чистить по ночам картошку на всю батарею. Дальше я рассуждаю так: если я не слышу тиканья – его надо услышать. Разуваюсь и начинаю неслышный обход всей казармы, «обслушивая» каждый закуток, каждую прикроватную тумбочку, справедливо предполагая, что мой сержант может спрятать будильник где угодно. Переоценил я его умственные возможности – он не придумал ничего лучшего, чем спрятать его себе же в тумбочку. Где я его и услышал. Честное слово, я бы придумал чего-нибудь получше. Кстати, сам я, став в последствии сержантом, так никогда не делал – «молодых» жалел, помня себя. В общем, как я доставал его из тумбочки буквально под носом спящего сержанта – целая история, требующая отдельного повествования, но я достал его и водворил на место.
   Когда я вовремя прокричал положенное «Батарея, подъем!», на лице вышедшего сержанта была целая гамма чувств: недоумение, смешанная с досадой, пополам со злобой. Недоумение, потому что ему было непонятно, как я нашел будильник. Досада на то, что его, опытного армейского волка, а посему во много раз превосходящего меня по уму, переиграл какой-то «молодой». Злоба – ну я тебе, сука, покажу! Ты у меня в нарядах сгниешь! Остудил его ЗКВ (замкомвзвода) старший сержант Азаров. Он справедливо рассудил, что счет 1:1, и что все справедливо – он у меня стащил, я у него. Правда, за то, что я залез в чужую тумбочку, я все равно от своего сержанта схлопотал наряд, но это уже обычное для «молодого» дело…

***
   Буквально недавно - две истории, неразрывно связанных друг с другом.
   История первая. Жена со смехом рассказывает про какую-то очередную псевдо-интеллектуальную телепередачу (сам я телевизор вообще не смотрю), точнее про один из вопросов. Итак, картинка: на кону сколько-то там тысяч, в кадре четыре участницы, причем одна из которых - кандидат каких-то там технических наук. Последний вопрос - кто ответит на него, тот и получит сию немалую денежку. Вопрос такой (за дословность не ручаюсь, но цифры точные): "Чему равны 1.000.000 миллиметров?". Даны четыре ответа: "1 километр", "10 километров", "100 километров", "1.000 километров". Жена со смехом рассказывает: "Представляешь, никто не ответил! Даже кандидат наук, и то сказала, что 1.000 километров! Я и то сообразила: миллиметр же такой маленький (показывает пальцами какой он малюсенький), а 1.000 километров - это же так много! Не может быть, чтобы миллион миллиметров были равны тысяче километров!" Посмеялись вместе и мое повествование плавно перетекает в историю №2. Итак:
   История вторая. Отсмеявшись, я тут же вспоминаю и рассказываю ей похожую историю, ролик которой я встречал в Интернете. Может кто видел - на этом ролике запечатлены кадры финала игры "Кто хочет стать миллионером" (для тех, кто не знает, эта игра лицензионная и идет во многих странах). Передача идет, естественно, на французском языке, но снабжена субтитрами. На экране ведущий и участник - представительный интеллигентный дядечка. Вопрос: "Что вращается вокруг Земли?". Ответы: "Солнце", "Луна", "Марс", "Венера". Этот дядечка все отведенное время напряженно рассуждал, мучительно размышлял, и, наконец, выдал ответ "Марс"! И вот это я со смехом рассказываю жене, типа, такие необразованные личности, как в ее рассказе, не только у нас встречаются. Смотрю жена не смеется. Я немножко подождал - нет ожидаемой мной реакции. Вместо этого жена спрашивает: "А что вращается?". Я говорю (уверенный, что она шутит): "А сама-то как думаешь? Жена (с такой надеждой не попасть пальцем в небо): "Солнце?".

***
   Армия. ГСВГ. Я уже не «молодой», а «черпак», то есть прослуживший уже год. Полгода назад меня перевели в отделение охраны особого отдела. С тех пор служба, в ее обычном понимании, для меня кончилась. Мы хоть и жили, точнее, только ночевали, в солдатской казарме, но комната у нас была отдельная, и всеобщий распорядок на нас никак не распространялся. Было нас восемь человек – сержант, командир отделения, два водителя, и пять солдат. Все по очереди (по двое в сутки) дежурили в особом отделе. То есть, охраняли его. Ну, а так как особый отдел располагался в отдельном двух этажном здании (12 кабинетов, 12 офицеров-особистов), то и служба наша состояла в том, что, пока свободный отдыхает в дальней комнате, дежурный сидит у тумбочки с телефонами перед входом (для связи и охраны). Остальные же просто «балду пинали». Теперь сама история.
   Прибыл к нам в особый отдел новый офицер, немолодой и не старый капитан, взамен убывшего (они каждые пять лет все менялись). Его поселили в квартире убывшего в так называемом «офицерском городке», расположенном за территорией части. Прибыл он сначала один, с целью пообвыкнуть, обжиться, подготовить жилье, а потом уже и семью перевести. Значит нужно что? Правильно, сделать в квартире ремонт. А кто делает ремонт в квартирах офицеров? Правильно, солдаты. В данном случае мы. В общем, вечером получаем мы задание от нового офицера к утру все стены и потолки побелить (тогда еще обои не слишком еще распространены были), получаем на складе краскопульт, известь, колер для добавки в побелку и отправляемся вить для капитанской семьи уютное гнездышко. Нас трое солдат и сержант (двое остались в наряде, водителям отлучаться нельзя – вдруг на вызов придется ехать), так что проблем с побелкой не предвиделось. Перед выходом капитан сказал нам, дескать, я там привез коробку «Рижского бальзама», так что можете уговорить одну. Если кто знает, «Рижский бальзам» - это скорее коллекционное вино, употребляемое больше в целебных целях. Редкое и очень дорогое. В темно-коричневых непрозрачных бутылках. По-моему, какой-то особый сорт фарфора, не буду утверждать точно. В коробке двенадцать бутылок.
   В общем, капитан, видимо хотел показаться демократичным (точнее, он и был таковым, он вообще был хорошим человеком и офицером) и разрешил, как я уже говорил выше, употребить нам одну бутылочку в процессе приведения его будущего семейного гнездышка в надлежащий вид. Зря он это сказал… К двум часам ночи было выпито несколько больше разрешенного количества, а точнее восемь бутылок, и не дюйма не побелено. После чего нас, естественно, потянуло на подвиги. Мы, как более старослужащие, оставляем более молодых и трезвых (им, как молодым, меньше наливали) белить, а сами отправились на поиски приключений. Вышли. Темно. В глазах не двоится, но море уже по колено. Куда идти, еще не придумали. Тут сержант заявляет: «Пойдем, я тут у немцев дом терпимости знаю!». Откуда он, простой сержант мог знать такие злачные адреса?! Скорее всего, врал, но это и не важно. Идем, оживленно беседуя за жизнь. Кстати, такое явление уже само по себе нехарактерно для Германии. Кто был там, тот знает – немцы не любители вечерних прогулок, посиделок на лавочке и ночных гуляний.
Конец